В 1990-х годах я работал заместителем начальника следственного отдела в Уфе. В этом же отделе работал следователем Аслан Акмалов. В разговорах с коллегами он иногда жаловался на болезнь сердца. Мы предлагали ему сменить работу, но он неизменно отказывался. Как-то я, завершив работу, собрался домой, по пути зашел к Аслану в кабинет. Спросил о здоровье, семье. Он ответил, что все нормально. Попрощавшись с ним, я вышел из здания следственного отдела. Окно кабинета Акмалова располагалось рядом с входом. Я оглянулся, увидел лицо Аслана — и мне стало жутковато: оно было желтого цвета, будто восковое. Акмалов махнул мне рукой, словно прощаясь. Я тоже помахал в ответ и пошел домой. Утром следующего дня я пришел на работу и от сотрудников отдела узнал, что Акмалов ночью скончался. Ему было только 40 лет, он имел звание капитана юстиции. Я в шутку называл его есаулом — это казачий чин. Слово состоит из двух частей и переводится с татарского как «ясак» — «дань», «ола» — «берет», то есть берущий дань. Спустя месяц я ночью дежурил в следственном отделе. Здание было закрыто изнутри, я занимался делами у себя в кабинете. Примерна в первом часу ночи в коридоре раздались шаги. Кто-то шел со стороны кабинета Акмалова в мою сторону, как будто пришаркивая ногами. Шаги стихли около моего кабинета и, немного погодя, двинулись дальше в сторону туалета. Я выглянул в коридор, но никого не увидел. Я зашел в туалет — там тоже никого не было. Проверил двери всех кабинетов — они были закрыты, как и входная дверь. Я зашел обратно в свой кабинет и продолжил свою работу. Тут снова раздалось шарканье шагов, уже со стороны туалета в сторону кабинета Акмалова. Я опять выглянул в коридор — никого. Примерно через месяц у меня было следующее дежурство — и все это повторилось. Я рассказал об этих случаях сотруднице нашего отдела Елене Шуклиной. Коллега поведала, что она, когда дежурила в ночное время, тоже слышала шаги в коридоре со стороны кабинета Акмалова — в сторону туалета и обратно. После этих случаев прошло около 10 лет. Летом мы с женой жили на даче, мне приснился странный сон. Во сне я увидел покойника Аслана Акмалова. Он представился есаулом, и попросил меня помочь его жене на даче (его садовый участок находился недалеко от моего). У них в сарае отвалилась дверь, и он хотел, чтобы я поставил ее на место, и для работы взял свой топор. Затем с укором спросил, почему я не навещаю его могилу. Ведь она находится всего в 30 метрах от могилы моего сына Рустама, который после тяжелой болезни (лейкоз крови) скончался в конце октября 1997 года и похоронен на Южном кладбище Уфы. Я рассказал жене о своем сне. А на следующий день к нам пришла жена Акмалова. Она попросила помочь ей поставить дверь в сарае, сказала, чтобы я взял с собой свой топор. Мы с женой опешили. Примерно через месяц мы с женой поехали на кладбище прибраться на могилке сына. Там я вспомнил, как в моем сне Акмалов говорил, что похоронен совсем рядом. Обошел вокруг — и действительно нашел могилу Акмалова, до которой было метров тридцать. Я подошел к ней и прочитал молитву — суру из Корана. А весной 2016 года мы с женой поехали на кладбище прибраться на могилках родственников и сына. Убрали мусор, я, как положено прочитал молитву, мы пошли к выходу. И тут словно какая-то неведомая сила повела меня к могиле Акмалова. Я подошел к ней и, прочитав надпись на памятнике, узнал, что месяц назад, в конце марта 2016 года, здесь похоронили его жену. Наверное, это их души попросили меня подойти к их могилкам и прочитать им молитву. Я так и сделал.

Cookie & GDPR policy. Сайт использует файлы Cookie. подробнее

The cookie settings on this website are set to "allow cookies" to give you the best browsing experience possible. If you continue to use this website without changing your cookie settings or you click "Accept" below then you are consenting to this.

Close